4 марта 2018 года бывший шпион Сергей Скрипаль и его дочь были отравлены нервно-паралитическим веществом в Солсбери, Великобритания. Вскоре стало очевидным, что для Москвы эта ситуация оказалась кризисной.

Британские власти определили, что веществом, которое было использовано при нападении, является так называемый «новичок», разработанный в России. Были обнародованы записи камер скрытого видеонаблюдения с двумя подозреваемыми на них, чья принадлежность к ГРУ и настоящие имена были раскрыты в опубликованных журналистских расследованиях, проведенных Bellingcat и The Insider. Позже, 30 июня, дело о покушении на убийство стало делом об убийстве, когда местная женщина из района Солсбери скончалась в результате воздействия яда.

Ошибка на ошибке. И мир стал тому свидетелем. Утрата российскими властями репутации приобретала грандиозные масштабы.

Первая линия оборонительной дезинформации: Отвлечение

Когда российская система становится в эту оборонительную позицию, традиционная тактика состоит в том, чтобы с помощью дезинформации запутать общественность, создавая множество альтернативных «версий» произошедшего.

Менее чем через месяц после нападения российские СМИ и представители власти предложили 20 различных нарративов. Лейтмотивом было представление Кремля в качестве жертвы «русофобского» заговора. Недавнее исследование, проведенное в Королевском колледже Лондона, показало, что RT и Sputnik распространили «138 отдельных и противоречивых нарративов» об этом инциденте.

Этот отвлекающий маневр напомнил распространение Москвой многочисленных «версий» о катастрофе рейса MH17 в июле 2014 года.

Когда российские власти попадают в особенно серьезный переплет и им приходится защищаться, прокремлевские СМИ всегда пытаются отвлечь общественность множеством теорий о том, что произошло.

Тем не менее слабость этого вида дымовой завесы в том, что она только выигрывает время. По мере того, как осведомленность мировой общественности о кампании Кремля по дезинформации росла, и, особенно, когда стало очевидно, что ряд альтернативных «версий» из Москвы противоречат друг другу, российские власти были вынуждены использовать вторую линию дезинформационной обороны.

Вторая линия оборонительной дезинформации: Высмеивание

Попытка высмеять Великобританию — то есть жертву нападения — приняла форму интернет и медиа- кампании, суть которой вертелась вокруг одной конкретной фразы, которая была взята из заявления премьер-министра Терезы Мэй в британском парламенте – фразы о том, что Россия «весьма вероятно» является причастной к нападению.

Российские правительственные каналы коммуникации начали распространять хэштеги #HighlyLikely (рус. «ВесьмаВероятно) и #HighlyLikelyRussia (рус. «ВесьмаВероятноРоссия») (перейдите по ссылке, чтобы увидеть примеры в Twitter), а также на Facebook (#HighlyLikely и #HighlyLikelyRussia) и в других социальных сетях.

МИД РФ: «Искренне благодарим г-жу Мэй за #HighlyLikelyRussia. Это ушло в народ. Здесь первые новости по теме #HighlyLikelyRussia».

Некоторые источники, в том числе МИД РФ использовали хэштег с английской фразой в транскрипции кириллицей: #ХайлиЛайкли.

Финансируемый правительством России Фонд «Русский мир» даже начал кампанию по возвращению российских студентов в Россию из-за рубежа под названием «Highly Likely Welcome Back, или Пора домой!»».

Почему #HighlyLikely?

Фраза «Highly likely» была выбрана в качестве хэштега из-за ее быстрой запоминаемости и привлекательности повторения звуков, похожих на детский стишок.

В то же время кремлевская кампания имела своей целью создать впечатление, что Великобритания не уверена в своих доказательствах против России. Было ясно, что целевая аудитория не достаточно знакома с оперативно-следственным языком, чтобы оценить степень уверенности, которая выражена словосочетанием «весьма вероятно».

Наконец, кампания предполагала, что целевая аудитория не привыкла к — типично британской — риторике преуменьшения («understatement») , в которой некое утверждение выражается с долей того, что ухо иностранца может воспринять как неуверенность.

Сделать так, чтобы глупо выглядели все стороны

Саркастическую кампанию Москвы #HighlyLikely следует понимать в контексте других важных событий, произошедших после нападения на Скрипаля.

После разоблачения подозреваемых в СМИ Кремль попытался занять нечто похожее на активную позицию, когда эти два человека были показаны на государственном телеканале RT (Russia Today). Впоследствие в соцсетях и подозреваемых и их интервьюера, главного редактора RT Маргариту Симоньян, высмеяли мемами.

В рамках кампании по превращению нападения в Солсбери в комедию RT представил копию Солсберийского собора из шоколада в качестве подарка телеканалу «Дождь». (Изображение: Телеканал «Дождь» на BBC).

В этой атмосфере насмешек в сторону российских властей, а также при столкновении с серьезными проблемами на международном уровне из-за выдворения российских дипломатов по всему миру, тактика, направленная на то, чтобы все стороны — и британцы, и даже российские — выглядели глупо, и превратившая все это в одно большое комедийное шоу, пожалуй, было единственное, что Москва могла сделать, за исключением признания вины России.


поделиться