Read this article in English

6 января кремлевский философ Александр Дугин опубликовал в Facebook пост. В нем не было поздравлений с наступающим православным Рождеством. Вместо них Дугин выложил трехчастное суждение о правде в новостях: 1) поиски правды и производство новостей — вещи разные, 2) следовательно, журналистика не может сделать вклад в установление правды, 3) из чего следует, что журналистика является лишь методом убеждения: новости становятся «правдой, если вы в них верите».

Дугин давно известен всем, кто знаком с миром дезинформации. Дугин, как известно, критикует то, что Запад слишком глубоко проникся идеалами Просвещения. Запад подвержен упадку и извращениям, как древнее общество Афин, тогда как Россия представляет собой героическую Спарту. В прошлом году мы писали о его дискуссии с французским философом Бернаром-Анри Леви. В 2015 году он заявил, что власти США поддерживают исламистский терроризм. Прошлым летом в нашей базе данных (на английском) зафиксирован случай, в котором заявлялось, что Дугина демонизируют за то, что он противостоит идеологическим аспектам либерализма.

Дугин охотно ввязывается в общественную дискуссию, поэтому весьма примечательно, что он, видимо, считает собственные материалы не правдивыми. Присмотримся же повнимательнее к его посту:

«Новости как таковые не могут по определению быть правдивыми или ложными. Правда требует долгого, глубокого и сложного философского поиска. Можно надеяться найти нечто близкое к правде в трудах Платона или Гегеля. Но смешно ожидать того же от газет. Газеты или социальные сети созданы для ин-формирования, убеждения, а не правды. Они пытаются повлиять на общепринятое мнение, сформировать точку зрения. Поэтому проблема «фейковых новостей» изначально сформулирована неправильно. Само это выражение (как и другое выражение «теория заговора») выдает манипулирование и политическую пропаганду. Новости становятся правдой, если вы в них верите. И ложью, если не верите».

Правда ≠ журналистика?

Если разобрать этот пост до его логической основы, останется два компонента: правда и журналистика. И по словам Дугина они являются взаимоисключающими: правда ≠ журналистика.

Когда Дугин говорит в посте о правде, он ссылается на Платона и Гегеля. Это свидетельствует о том, что он говорит не о правде, а об истине. Великий философ Платон писал о метафизической полурелигиозной истине. У такой правды есть только форма, чистые идеи. Они закулисно структурируют мир, который мы, люди, воспринимаем зрительно. Следовательно, правда существует «где-то там», она абсолютна и достижима лишь для очень особенных людей, так называемых королей-философов.

Но со времен Просвещения постепенно укоренилось другое понимание правды. Грубо говоря, это понимание сводится к более эмпирическим и процессуальным подходам. Современная наука не всегда полностью противоречит древнему пониманию правды, но эти два подхода весьма отличаются, и между ними есть некоторое напряжение.

Когда Дугин говорит о правде, он явно говорит о древнем понимании правды. Забавно то, что, если взять это понимание и подставить его в формулу (правда ≠ журналистика), нужно признать, что сами по себе рассуждения Дугина убедительны. Поиски метафизической правды и журналистика очевидно разные вещи. Но в таком случае заявление «журналистика правда» также лишено смысла.

С точки зрения эмпирического понимания правды, ситуация полностью меняется. Становится понятно, что журналистика может сделать вклад в установление правды. Для того, чтобы это понять, философия не нужна. В сфере дезинформации мы видели, как Кэрол Кадвалладр изобличила скандал с Cambridge Analytica. Или возьмем расследование Bellingcat, которое пришло к заключению, что Россия виновна в крушении MH17, что впоследствии подтвердила Объединенная следственная группа (JIT) под началом голландцев. Вне поля дезинформации также имеется немало примеров работы журналистов, открывших правду. Знаменитым примером является Мюррей Мардер, который в 1953 году начал освещать деятельность сенатора Маккарти и определил, что обвинения сенатора против военнослужащих США были ложными. В 1970-х годах Боб Вудворд и Карл Бернстин явили миру Уотергейтский скандал. В 2018 году СМИ «The Guardian» разоблачило то, как Бразилия «воюет» против собственных тропических лесов.

Хотя современная наука по существу не знает точно, что такое истина, она вносит ясность в то, что некоторые утверждения не правдивы. Известный философ Карл Поппер назвал это опровергаемостью: возможностью опровергнуть какое-либо утверждение доказательствами. Например, утверждение «все лебеди белые» опровергаемо. Для этого нужно найти лишь одного черного лебедя. А вот утверждение «этот человеческий поступок альтруистичен» неопровергаемо. Причина в том, что у нас нет приборов, которыми можно установить эгоистичную мотивацию.

Поскольку и наука, и журналистика проникают в сущность того, что является не правдой, мы, следовательно, можем определить, что такое дезинформация, которой Европейский Союз дал следующее определение:

«Ложный или вводящий в заблуждение контент, который распространяется с намерением обмануть или обеспечить экономическую или политическую выгоду, что может принести вред обществу».

Правда = верность

Нельзя никого винить в использовании древних философских идей. Нельзя винить Дугина в подрыве результатов собственного участия в общественной дискуссии. Тем не менее, дело серьезное. Подход Дугина узаконивает распространение дезинформации и подрывает позицию журналистов.

Раз новости являются лишь методом убеждения, почему бы и не добавить немного убеждения в материалы? Раз журналисты являются лишь торговцами влиянием, зачем их защищать? Такие идеи содействуют развитию климата, в котором легко распространяется дезинформация, а журналисты находятся под угрозой.

Как же нам ответить на вопрос, зачем Дугин участвует в общественной дискуссии, которая, по его мнению, сама является лишь методом убеждения? Пост Дугина подчеркивает, что восприятие заявления основывается не на фактах, не на некотором мнении касательно фактов, а на отношении к источнику. Его мнение определяется одним: верностью тому, кто представляет Россию.