Read this article in English Italiano Español Français Deutsch

Суд по делу MH17 начался 9 марта. Что же происходило после этой даты на фронтах распространения дезинформации? Наблюдались стандартные схемы и активность Александра Малькевича.

Нидерландская газета NRC недавно сообщила, что за день до начала слушаний по делу MH17 в Амстердаме прошла конференция под названием «MH17, в поисках справедливости».

Среди прочих на ней выступил и Александр Малькевич (его речь отсутствует на предоставленном организаторами видео).

Малькевич является персоной нон грата в США после того, как попал под санкции Министерства финансов США. В 2018 г. Минфин США признал его причастным к распространению предвыборной пропаганды через англоязычный веб-сайт под названием USA Really, управляемый фабрикой троллей Юрия Пригожина. Позднее Малькевич перенес свою деятельность в Ливию.

В настоящее время Малькевич, родившийся в Санкт-Петербурге в 1975 г., является председателем председателем Комиссии по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций Общественной палаты РФ.

Конференция была организована De Andere Krant, печатной газетой, распространяемой бесплатно среди домохозяйств Нидерландов. Ранее это издание также опубликовало статью Малькевича  (с. 5, на голландском), в которой он заявил, что расследованием катастрофы рейса MH17 движет «антироссийское безумие».

Как деятельность Малькевича соотносится с материалами по MH17, появившимся после начала процесса?

По мере приближения первого судебного заседания по делу MH17 9 марта 2020 г. все шире использовался метод «изложения доктрин на упреждение». За несколько недель до слушания многочисленные прокремлевские источники опубликовали сенсационные новостные сообщения, где упоминались «новые утечки документов», как будто бы подтверждавших, что зенитно-ракетных комплексов «Бук» не было в районе авиакатастрофы. Представитель Кремля воспользовался этой возможностью, чтобы заявить: «Россия была права» и обвинить международных следователей в предвзятости по отношению к РФ.

Эти нелепые утверждения почти сразу же были опровергнуты независимыми российскими журналистами изданий the Insider и Meduza, которые назвали подобные прокремлевские откровения «ничтожными».

Итак, что же происходило после 9 марта?

Взглянув на количество зарегистрированных нами дезинформационных сообщений, мы выяснили, что их число несколько увеличивалось перед самым началом процесса. Всего накануне 9 марта и непосредственно после начала суда в нашей базе данных  (на английском) отмечено 24 подобных случая. Количество таких сообщений впоследствии уменьшилось до шести в апреле и до семи в мае. Тем не менее, в июне и июле оно снова выросло до 17 и 18 случаев соответственно. Затем оно снова упало в августе и сентябре (по одному случаю за каждый месяц).

Трудно найти точные причины всплеска дезинформации в июне и июле. В эти месяцы никаких общественно значимых событий в ходе процесса не происходило. И все же за рамками криминального разбирательства 10 июля правительство Нидерландов заявило о своем решении подать на РФ в Европейский суд по правам человека в связи с «ее ролью в крушении» рейса MH17. Некоторые из появившихся тогда тезисов являлись непосредственной реакцией на это решение.

В большинстве случаев дезинформационные сообщения прошлого месяца вторили заявлениям о том, что причастность РФ к авиакатастрофе недоказуема. Например, сообщалось, что международная следственная группа не предоставила каких-либо неоспоримых доказательств, а только делала общие заявления. Другой нарратив: не существует свидетельств того, что самолет был сбит ракетой из российского комплекса «Бук». А еще международная следственная группа так долго подготавливала отчет, потому что якобы не могла найти доказательств, иначе отчет был бы давным-давно готов.

Эти  концепции игнорируют криминальное расследование международной следственной группы, продолжающееся с 2014 г. под руководством Нидерландов. 28 сентября 2016 г. следователи объявили, что борт MH17 был сбит ракетой серии 9M38, запущенной СОУ ЗРК «Бук». Это заявление было сделано по итогам расследования с конкретными доказательствами и выводами.